• Увеличить размер шрифта
  • Размер шрифта по умолчанию
  • Уменьшить размер шрифта
Статьи

СЛОВО МАЙ-ИЮНЬ 2018

E-mail Печать PDF

Нынешний май соединил в себе два великих праздника. Хронологически, это государственный праздник Победы, который мы отмечаем 9 мая, и христианский праздник Пятидесятницы во славу Пресвятой Троицы и сошествия Пресвятаго Духа, ибо именно в пятидесятый день по Воскресении Христовом, обещанный Спасителем Утешитель, Пресвятой Дух зримым образом сошел на Апостолов в виде огненных языков. События эти не равнозначны. День Победы принадлежит Отечественной истории, Великому подвигу народа, и является славой его армии. Победа принесла нашей Родине освобождение от немецко-фашистских захватчиков, дала возможность мирной жизни страны. Событие же Пятидесятницы относится ко всему роду человеческому. Это день рождения Христовой Церкви, заключение Нового вечного завета Бога со всеми людьми. Оно хоть и имеет дату свершения, но не имеет конечной даты, как все, даже самые великие земные события.

Они не равнозначны, но в обоих -- завершение страданий и надежда на жизнь. В сорок пятом наша армия выполнила свое предназначение -- отстояла право на физическое существование своих граждан. Но и предназначение Церкви Христовой -- спасение своих граждан от рабства греху, осуществление надежды на вечную жизнь. Именно в дни войны Церковь и армия, оказываются так близки. Можно сказать, что в Отечественной войне были одержаны две победы. Военная и духовная. Мудрость народная говорит: «Всякая война от супостата (дьявола), а не от Бога», она есть зло. Но Господь и зло превращает в орудие добра для человека. Перед лицом смерти, в горе по погибшим родным, люди вспомнили о Боге, о Церкви, о молитве. Война -- зло, «но для человека, погруженного в развратную своекорыстную жизнь, война может быть даже единственным средством отрезвления. В этом и смысл войны, как промыслительного попущения, отвлечения человека от мелкой – себялюбивой жизни к жертвенной; от ада похоти и сластей к граням подлинного бытия. Для христианина война может быть огрублением, оземлением, погружением в плотскую стихию; для себялюбивого «плотского» человека война может быть восстановлением его подлинно духовной жизни» (архиепископ Иоанн Шаховской). Сколько солдат ушло на войну атеистами, а вернулись верующими! Сколько матерей, жен и сестер научились молиться! Сколько родителей, потерявших своих детей, нашли утешение в вере!

Мало было военной силой победить фашизм, освободить живых и почтить погибших, необходимо было дать им возможность жизни вечной. И милостью Божией, в России открыли церкви и монастыри, возобновили церковную службу, вернули из лагерей духовенство. Люди опомнились, проснулись от духовного сна. Они на собсвенном горьком опыте познали, что «без вечности и бессмертия все, что в мире, -- ни к чему и незачем. С Богом – все осмысленно, получает свой смысл и свою цель. Все трудности, все труды и страдания человека озаряются смыслом, и сама смерть несет в себе свет вечного бытия». Протоиерей Виктор Шиповальников вспоминал, как в освобожденной Одессе храмы не вмещали желающих креститься и крестили в городских фонтанах. Как когда-то, при святом Владимире, крестили в водах Днепра. На фронтах служили молебны. Офицер, участник освобождения Кенигсберга, рассказывал: «Наши войска уже совсем выдохлись …. Вдруг видим: приехал командующий фронтом, много офицеров и с ними … священники с иконами. Многие стали шутить: «Вон попов привезли, сейчас они нам помогут». Но командующий быстро прекратил всякие шутки, приказал всем построиться и снять головные уборы. Священники отслужили молебен и пошли к передовой с иконой. Мы с недоумением смотрели: куда они идут? -- во весь рост – их же всех перебьют … Но они спокойно пошли в огонь. И вдруг стрельба с немецкой стороны одновременно прекратилась. … И наши войска начали общий штурм города-крепости – с суши и с моря».

До революции солдаты и офицеры русской армии именовались христолюбивым воинством. Как писал И. Ильин, «воин именуется «христолюбивым» не только потому, что он член христианского государства …, и что сам он призван оборонять христианскую веру; а еще и потому, что, что в любви к Христу и к преподанной Им полноте совершенства он имеет живую основу своего личного духа, ею утверждает святыню своего личного Кремля, в ней почерпывает необходимую ему силу подвига и очищения». Воин более всех других нуждается в Церкви. Ведь его ратное дело – убийство. То есть страшный грех, который мы называем смертным, так как он разрушительно действует на душу человека. Однако «меч духовно необходим человеку в земной борьбе за дело Божье; но принять бремя связанных с ним душевных и телесных опасностей и страданий может лишь тот, кто утверждает свою любовь, свою жизнь и деятельность в луче Божьего света и совершенства. … И вот, если объединить все государственное начало понуждения и пресечения в образе воина, а начало религиозного очищения, молитвы и праведности в образе монаха, -- то решение проблемы выразится в усмотрении их взаимной необходимости друг для друга. Воин, как носитель меча … нуждается в монахе как в духовнике, в источнике живой чистоты, религиозной умудренности, нравственной плеромы: здесь он приобщается благодати в таинстве и получает силу подвига; здесь он укрепляет свою совесть, проверяет цель своего служения и очищает свою душу. И самый меч его становится огненной молитвой» (И. Ильин).

Русскому воинству привычно воевать не за своекорыстные интересы, а имея высокую цель. За Веру, Царя и Отечество. И это непременно сказывалось на результате. 27 июня 1709 года недалеко от Полтавы сошлись две армии. Лучшая в Европе шведская армия под предводительством лучшего полководца Европы Карла XII и юная армия Петра. Оба полководца вдохновляли своих солдат перед битвой. Шведский король пообещал своим бойцам хороший обед и добычу в русском обозе. Русский царь призвал солдат биться «За Россию и российское благочестие». То есть за Отечество и Веру. Чем закончилось -- мы знаем. В народной памяти осталась поговорка: «как швед под Полтавой». В советской армии красные командиры, конечно, не призывали сражаться за веру или царя. Но и советские солдаты шли в бой не просто так, совершенно искренне многие кричали: «За Родину, за Сталина!» Пусть личность вождя была неоднозначной, но в дни войны он олицетворял государство.

Воинство и духовенство объединяет служение. Эти сословия отличает от прочих отказ от своей воли, подчинение ее воле другого. Вступающий в армейскую службу и принимающий духовный сан дают присягу. Армия и Церковь имеют схожую структуру аналогичную строению ангельского мира. Всем знакомо понятие военная дисциплина, как эталон абсолютного порядка. Но и дисциплина церковная не уступает армейской. И там, и там – лестница чинов. Как сообщество ангелов делится на чины, и представляет собой некую лестницу, где низший находится в подчинении у высшего, так и военные чины действуют не по своей воле, а по приказу свыше. Та же жесткая подчиненность и в Церкви. Священник может служить только по благословению архиерея, а дьякон не может даже облачиться в стихарь без благословения священника. Перед службой он подходит к служащему священнику со стихарем и произносит: «Благослови, владыко, стихарь с орарем». И на кадило, с которым он пойдет кадить храм, он так же берет благословение: «Благослови, владыко, кадило». Как армейский человек не сам выбирает себе место служения, а подчиняясь приказу, отправляется куда укажут, так же находящийся в духовном звании, служит там, куда его направили. И никакие обстоятельства не могут, во всяком случае, не должны, принудить их покинуть место служения. На сегодняшний день эти две ипостаси служения, когда человек смиряется добровольно и осознанно, а не вынуждено, ввиду ситуации или каких-то особых условий, пожалуй, единственные в нашем обществе.

Как символ отсечения своей воли, у военных и у духовенства обязательно ношение форменной одежды. И заметим, что одежда военнослужащих и духовенства несколько веков была некоторым образом схожа. И там, и там был обязательным пояс. Препоясаться мечом – у воина. У монаха, как воина Христова, пояс из мертвой кожи, как символ умерщвления пожеланий. Манжеты на военных кителях сохранялись до восьмидесятых годов прошлого века. На подряснике они сохранились и поныне. Это символ укрепления рук – силы. Мантия монаха тоже, можно сказать -- из военного гардероба. Для воина прошлых веков плащ был необходим, он скрывал фигуру, не позволял неприятелю прицелить удар. Русская скуфья имеет форму воинского шлема. В форменной одежде офицера довольно долго сохранялись золоченые элементы. И заметьте, находились они там, где человек прикладывает руку при крестном знамении: кокарда на фуражке, погоны на плечах и бляха ремня. И еще одна параллель: жесткий стоячий ворот кителя и подрясника. Как защита от рубящего удара.

В Российской Империи военные победы с благодарением Богу поминали на церковных службах в так называемые викториальные дни. Так, например, 27 июня торжественно вспоминали победу под Полтавой, одержанную в 1709 году. Память избавления Церкви и Державы Российской от нашествия французов и с ними дванадесяти язык отмечалась 25 декабря. Девятого мая мы обязательно вспомним с благодарностью к Богу и нашу Великую Победу, яко Бог помощник нам есть, и Бог Вышний избавитель нам есть (Пс.77,35-36). Во всех православных храмах нашего Отечества будут отслужены панихиды по погибшим воинам. После службы кое-кто пойдет или поедет на кладбище, положит живые (непременно живые) цветы на могилу деда, прадеда или отца – солдата. Кто-то пройдет в колонне Бессмертного Полка. С портретом и с цветами. Кто-то за семейным столом будет в этот день вспоминать воевавших родных. И на столе тоже непременно будут стоять цветы. Не случайно здесь сказано о цветах. Цветы -- это напоминание о рае, о его красоте, они -- символ вечной жизни. Они особенно уместны, когда мы вспоминаем погибших воинов, и тех фронтовиков, кто исполнил свой воинский долг на полях сражений и покинул этот мир позже. Защитники Отечества у Бога на особом счету: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (Ин.15,13).

А в Троицу мы опять вспомним о цветах. Все храмы будут украшены весенней зеленью. Прихожане придут с букетами березовых веток и цветов. Цветы и ветви явят собой символ животворящей силы Пресвятого Духа. И как иудеи в ветхозаветной церкви в праздник Пятидесятницы имели обычай приносить первые плоды жатвы, так мы в праздник христианской Пятидесятницы приносим цветы, как начатки Богу от весны, обновляющейся силою Духа Зиждителя и как образ духовного плодоносия Церкви Христовой.

В мае нас ожидают два великих праздника. Праздник Победы неразделим со славой нашей армии. В этот день мы будем особенно чествовать не только ту, победившую в сорок пятом, но и сегодняшнюю армию. Вспомним, что те, кто сегодня носит военную форму, посвятили себя служению России, обязались хранить жизнь и покой ее народа. А в День Пресвятого Духа мы вспомним событие рождения Церкви, когда Дух Пресвятой излился на святых апостолов – первых священнослужителей, в виде огненных языков. Вспомним, что армия и Церковь – наши хранители. Благодаря армии мы имеем возможность мирной жизни. Благодаря Церкви – возможность жизни вечной. И потому, наша святая обязанность -- молиться о них. О Церкви и об армии.

 

История любви, верности, чести и памяти.

E-mail Печать PDF

Порой, события в нашей жизни, разбросанные по времени, выводят нас на истории жизни людей, судьбы, которых потрясают до глубины души. И только одно сожаление остается в душе, что так мало мы знаем о наших соотечественниках, которые послужили бы прекрасным примером для воспитания души и ума. Началось все с поездки в Санкт Петербург. Мы с тетушкой возвращались со Смоленского кладбища от блаженной Ксении Петербургской, чуть устали, и молча, остановились у остановки маршрутного такси. Глазами наткнулась на как будто знакомую фамилию в название улицы - Тучков. И сразу навеяло полузабытыми стихами Марины Цветаевой …. «Я видела Тучков – 4й Ваш нежный лик»…. С детства эта загадка мне не давала покоя, почему автор вписала имя своего героя в текст, а не поставила его в начале стихотворения, как посвящение. Кто же был этот герой 1812 года, чей портрет висит в зале героев в Эрмитаже справа от портрета Михаила Илларионовича Кутузова ? Прошло время и как бы опять случайно прозвучало имя генерал-майора Александра Тучкова, как человека, которому предсказала судьбу его жена - Маргарита Тучкова. И теперь эта история не отпускала меня - история судьбы русской женщины, «как и тысячи других русских женщин, которые потеряли близких и остались верными их памяти до конца. Она несла свой крест — как умела — и, наверное, до своего смертного часа не ведала сомнений на избранном пути"…

Познакомились Александр Тучков и Маргарита Нарышкин, когда Маргарита Михайловна была еще замужем за Павлом Михайловичем Ласунским. Маргарита Михайловна была старшей дочерью Михаила Петровича Нарышкина (ближайшего родственника матери Петра I) и Варвары Алексеевны Волконской,

oie_7101758fP2QpNoT.jpgКартинки по запросу

Она не блистала красотой, была высока ростом, но обладала замечательным голосом и лучистыми зелеными глазами. Александр Алексеевич Тучков был четвертым сыном генерал - поручика инженера, действительного тайного советника Алексея Васильевича Тучкова. О Тучкове 4-ом современники писали, что редко в ком внешние и внутренние достоинства сочетались в такой абсолютной гармонии, как в молодом Тучкове. Услышав голос Маргариты Михайловны, которая пела старинную русскую песню, в одном из салонов, Александр Тучков обратил внимание на ее обворожительные зеленые глаза. Это знакомство переросло в глубокое чувство. Маргарита Михайловна была выдана замуж в 16 лет, за человека ветреного и легкомысленного, который проводил время или за карточной игрой или в сомнительных компаниях. Скоро стало известно о поведение мужа Маргариты Михайловны ее родителям, и они стали хлопотать перед императором и Синодом о разводе. Репутация Павла Ласунского в обществе была известна, но развод занял определенное время. Как только Александр Алексеевич Тучков узнал о разводе Маргариты Михайловны Нарышкиной, он немедленно отправился в дом Нарышкиных, просить руки Маргариты Михайловны и получил отказ . «Ей ли думать о замужестве?» сказал Михаил Петрович Нарышкин . Развод как вдовство, а в то время траур носили 4 года. Узнав об отказе Александру, Маргарита упала в обморок. Батюшка же сказал: «Если суждено ей выйти замуж за Тучкова – так тому и быть». Александр Алексеевич уезжает заграницу. Четыре года ожиданий, надежд и сомнений. И вот однажды брат Маргариты Михайловны предлагает ей прогуляться с ним по саду. И в одной из аллей она узнает знакомую фигуру. Влюбленные бросились на встречу друг другу. Александр немедленно отправился к родителям Маргариты за согласием на брак, и влюбленные получают благословление на брак. По легенде, когда молодые после венчания выходили из храма, неожиданно местный юродивый бросился под ноги Маргариты и протянул ей деревянный – сучковатый посох, со словами: «Мать Мария! Возьми посох». Маргарита машинально взяла посох и промолвила: «Я Марго». После венчания Александр Тучков подает рапорт об отставке, но Александр I не принимает её, так как ценил Тучкова, как прекрасного офицера, да и время было не спокойное. Маргарита решает следовать за мужем. В 1807 Александру Тучкову предписано прибыть в место расположения части. Маргарита пишет прошение на имя императора о дозволение быть рядом с горячо любимым мужем. Она, избалованная светская барышня, с прекрасным образованием, свободно владеющая 4-мя языками, при одном только упоминании слова "кровь", падавшая в обморок окунулась в быт полковой жизни действующей армии военного времени – шла русско-шведская война.

За доблесть и военную тактику Александр Алексеевич Тучков получает звание генерал – майора. Маргарита Михайловна научилась готовить еду на костре, стирала солдатское обмундирование, купала лошадей и не боялась подхватить вшей. Она была сестрой милосердия – с изяществом аристократки зашивала солдатам рваные раны и животы в лазарете, сидела у постели умирающих. Она не только заботилась о русских солдатах, но и о шведских, а также хлопотала о пропитании финнов из разорённых селений. Главнокомандующий русской армией в своих донесениях из Финляндии о военных успехах русских войск упомянул и о Маргарите Тучковой. «Я не встречал, - писал он, - людей с такой ненасытною жаждою, с такими огромными требованиями на любовь и жизнь... Солдаты называют ее своим ангелом-хранителем» . И только будучи беременной, по настоянию врачей, она переезжает к родственникам.. По воспоминания близких, накануне войны с Наполеоном, Маргарите приснился сон – она ходит по незнакомому городу, где на стенах домов написано BORODINO, а голос на французском говорит ей: «Здесь и свершиться твоя судьба». Маргарита разбудила мужа со слезами на глазах. Александр, что бы успокоить беременную жену, развернул карту Италии и показал ей, что нет такого города. 1811 году у Тучковых родился сын, которого они назвали в честь старшего брата Александра – Николай. Александр Тучков опять пишет рапорт об отставке, что бы быть с любимой женой и сыном, но вторжение французов не дало сбыться его планам. Летом 1812 года семья Тучкова покидает уже горящий Смоленск. Александр Алексеевич передает жене всю утварь походной церкви и Икону Спас Нерукотворный. Маргарита Михайловна не хочет далеко уезжать от мужа и селится у родственников в Кинешме. 7 сентября(26 августа) в сражение под деревней Бородино погиб генерал - майор Александр Алексеевич Тучков. Когда на Семеновской флеши солдаты его Ревельского полка под натиском французов дрогнули и стали отступать, командир личным примером решил остановить бегущих солдат. Он поднял обгоревшее знамя и со словами: - «Боитесь. Так я один пойду. Смотрите» и ринулся вперед. По одним сведениям он был убит картечной пулей в голову, по другим – его тело разорвало картечное ядро. Солдаты бросились к своему командиру, но упали сраженные массированным залпом французской артиллерии.

oie_71011396nfLFVLe.jpg

Александр Тучков стал единственным генералом, которого не вынесли с поля боя. Мать Елена Яковлевна Тучкова ослепла после известий о своих сыновьях: Николай смертельно ранен, Павел попал в плен, Александр убит. Когда Маргарита Михайловна Тучкова увидела входящих в её комнату в Кинешме отца и кузена, она поняла всё, и со словами: "Не нужно. Я знаю - Александр убит", застыла в мертвом молчании. Через полтора месяца она отправилась на Бородинское поле, что бы отыскать тело мужа. План места гибели ей передал брат. Со старцем – монахом Иосафом из Можайского Лужецкого монастыря Маргарита Михайловна Тучкова приступила к поискам своего мужа. Старец-монах о. Иосаф: "Мы начали с Маргаритой Михайловной искать тело убитого Александра Алексеевича Тучкова во второй половине октября, когда враг уже покинул Московские приделы, на поле брани, где лежали без погребения десятки тысяч тел. Она нагибалась едва ли не к каждому трупу, пыталась различить дорогие черты. Я в это время кропил вокруг святой водой. За одну ночь она преодолела 9-верстное расстояние, но так и не нашла тело супруга. Несколько дней от рассвета до заката ходила она по глубокой грязи, среди трупов, словно не чувствуя смрада разложения, собственными руками переворачивала окостеневшие тела, заглядывала в лица… Но найти смогла только правую руку мужа — узнала ее по рубиновому перстню".

a7c3e6ff5f67022b8062ba672dd21287bc5f6c149815204

. Маргарита Тучкова
Полина МИНЕЕВА

Она похоронила эту руку прямо там, на поле Бородина, точно в том месте, где, как указывали очевидцы, погиб Александр. По приезду домой, Маргарита Михайловна продает свои драгоценности и выкупает место гибели мужа, с одной целью - построить там Храм Спаса Нерукотворного в память о погибших на Бородинском поле. Узнав об этом, Император Александр I пожертвовал половину суммы на строительство.

На время строительства, Маргарита Михайловна с сыном переезжает в скромный дом поблизости, что бы следить за строительством Храма.

Файл:Borodino Postcard of Monastery.jpg

Семёновская флешь в 1912 году. Место гибели

В 1820 году близ Семеновских флешей, был освещен небольшой храм - Спаса Нерукотворного и Маргарита Михайловна внесла в него полковую икону Спаса Нерукотворного, которую ей оставил на сохранение муж Александр Алексеевич Тучков. Это был первый памятник героям Бородинского сражения. В 1826 году после банальной простуды умирает ее 15-летний сын Николай – порвалась последняя нить с ее прежней жизнью. Еще во время строительства Храма к ее дому стали приходить инвалиды-солдаты и вдовы. И Маргарита Михайловна стала хлопотать о строительстве богадельни и странноприимного дома. Половина генеральской пенсии Маргарита Михайловна перечисляет на содержание общины. В 1833 г. община превратилась в Спасо-Бородинское общежительство . В 1838 году Маргарита Михайловна Тучкова, в Троице-Сергиевой лавре, приняла постриг с именем Мелания. А через четыре года стала матерью Марией, игуменьей Спасо-Бородинского монастыря, по наставлению митрополита Филарета. Многие вспоминали, что ходила матушка Мария по монастырю со старым сучковатым посохом, который она получила в день венчания от юродивого. Маргарита Михайловна Тучкова-Нарышкина - мать Мария - скончалась 29 апреля 1852 года, на 26 лет пережив Николеньку, и на сорок - Александра. Перед смертью она сожгла все письма от мужа, и только один листок был сохранен. Он был зажат в ее уже холодной руке. В нем были стихи ее мужа, написанные ей по французики. Похороны матушки Марии прошли без хорового пения, положенного по православному обряду – все монахини так плакали, что не могли петь. ...Похоронили ее в склепе выстроенного храма, рядом с сыном и совсем недалеко от места гибели любимого мужа.

oie_8123517q2LIPxjP.jpgoie_71014564EGJkadO.jpg

http://www.vokrugsveta.ru/encyclopedia/index.php?title=%D0%A2%D1%83%D1%87%D0%BA%D0%BE%D0%B2%2C_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87

http://www.liveinternet.ru/users/bo4kameda/post274346686

http://www.liveinternet.ru/users/3561375/post345935733/

http://www.vocerkovlenie.ru/index.php/stranicwistorii/3075-l---r.html

 

О красоте

E-mail Печать PDF

Потребность красоты неразлучна с человеком. По словам Ф.М. Достоевского, «без нее человек, может быть, не захотел бы жить на свете». Красота это чудо, являющее нам возможность обретения гармонии. Мы непрестанно и, возможно, не замечая этого за собой, ищем и ждем ее. И когда, в окружающей нас действительности, мы встречаем что-либо особенно красивое (скорее -- истинно красивое), мы испытываем счастье, мы радуемся, потому что нашли нечто созвучное нашей главной сердечной мелодии, нечто забыто-знакомое и отвечающее постоянному ожиданию. Ибо «всякая красота в мире есть или воспоминание о рае, или пророчество о мире преображенном» (Н.Бердяев). Красоте, будь то великолепный пейзаж или одинокий цветок, звездное небо или человеческое лицо, незаурядная мелодия или художественное полотно, дано извлечь нас из сегодняшней реальности и обратить к истоку и цели бытия – Богу. Замечательно сказано у преп. Иоанна Лествичника: «Некто, воззрев на красоту, весьма прославил за нее Творца и от одного взгляда погрузился в любовь Божию и источник слез». Встреча с прекрасным нередко вызывает у человека умиление и слезы, не всегда видимые окружающим.

Каждому человеку свойственна некая жесткость сердца, некое его окаменение. В разной степени, конечно. Мы привыкли жить с этим, и почти не обращаем внимания, а если и обращаем, то считаем это естественной реакцией на злобу мира, то есть -- на его греховность. На самом деле, наше ожесточение -- не против обстоятельств или какого-то дурного человека, а против Бога. Красота властна умягчить сердце, даже очень жестокое. Есть предание, что во время бегства Святого семейства в Египет, Иосифа и Марию с Младенцем остановили разбойники. На этом эпизоде путешествие могло и закончится. Но атаман пораженный красотой Младенца Христа, отказался от злого умысла и не причинил путешественникам вреда. И закоренелому злодею трудно противиться воздействию красоты, она – истина мира.

«Слово краса первоначально означало свет («красное солнце»), и уже впоследствии получило то эстетическое значение, какое теперь мы с ним соединяем, так как для младенческого народа не было в природе ничего прекраснее дневного света, дающего всему жизнь и краски»( А.Н. Афанасьев). Вспомним, что самое устойчивое сравнение из окружающего мира, которое мы соединяем с Богом – именно солнце. Кстати, слово святость так же происходит от света. В понятиях Святой Руси, красота -- божественна. В ней выражена божественная сущность мира. Источник же красоты в самом Боге, Его целостности и совершенстве. В русском сознании, внешнему проявлению красоты в человеке, традиционно предпочиталась его внутренняя красота, его нравственные достоинства. То, что роднит его с Богом.

Внешняя красота – мечта многих женщин. Хочется, чтобы обращали внимание, чтобы всем нравилась. Красота авторитетна, а значит, дает больше возможностей – тебя слушают, не отказывают в просьбе, легче настоять на своем, убедить. Нередко красоту рассматривают, как некий инструмент, позволяющий управлять мужским миром и стараются приобрести ее разными способами. Сегодня это возможно, внешность стала товаром. Лицо и фигуру можно не просто улучшить, а полностью «перекроить». «Хочу всем нравиться! Чтобы мною восхищались!» -- говорит глупышка, подкопившая денежек на операцию. Не задумываясь, что ее ожидает встреча, по большей части, не с восхищением, а с вожделением. У И. Ильина есть очерк, в нем приведены слова красивой женщины, которая страдает от своей красоты именно потому, что та вызывает зависть и ревность у женщин и привлекает нечистые взгляды мужчин. Она называет это мужское «восхищение» настоящим несчастьем. Ведь красавица порой невольно становится соучастницей чужого греха. «Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем» (Мф.5,28).

Вожделение и ненависть частые спутники женской красоты. «Если бы можно было быть красивой не для всех, лишь для немногих, для избранных, возможно было бы намного лучше! Но так не бывает. Поэтому я часто вынуждена говорить себе: пока люди не научатся беречь красивую женщину, красота будет скорее бременем, чем счастьем, скорее мукою, чем радостью; и лишь бесчувственные, ветреные женщины или глупые и злые умеют бесцеремонно наслаждаться своею «красотою».

Иоанн Крондштадский после посещения художественной выставки, где были представлены работы и с обнаженной натурой, сделал в своем дневнике запись, где восхищается мудростью Божией, создавшей совершенную красоту и целесообразность человеческого тела. Восхищается, но и сетует на человеческую греховность, которая ее постоянно бесчестит.

«Да, мужчины легко влюбляются в красивых женщин. Однако, влюбленность еще далеко не любовь и не счастье; она – скорее опьянение и судорога, часто болезнь, порой катастрофа» (И.Ильин). Телесная красота имеет воздействие, но исторически, во времени, живет красота другая: нравственности, ума, такта, различных талантов души, духа, сознания. Красавицу трудно вспомнить, если ее красота не имеет содружества с добрыми душевными качествами. Возьмите описание различных исторических красавиц. Перечисление внешних статей: глаза, руки, волосы, губы; не долго остаются в памяти, а вот нрав, склад ума, темперамент и черты характера – запомнятся. Святитель Николай Сербский писал: «В наших сербских деревнях о красоте говорили шепотом, а о нраве в голос. Происходило это из глубокого народного сознания, что красота – нечто преходящее, от человека не зависящее, а характер постоянен и зависит от воли человека». Тот же взгляд находим в отечественном фольклоре. «Родилась пригожа, да по нраву не гожа», «Не гляди на лицо, а гляди на обычай», «Молодец красив, да на душу крив», «Не ищи красоты, а ищи доброты». То, что красота не главное достоинство человека, отразилось в народных поговорках: «С лица не воду пить», «Татьяна не сметана, не щи ей белить», «У бабушки криво век было, да дедушка не хулил». О красавчике парне могли обидно сказать, что он «На рожу счастлив».

Параметры внешней красоты могут быть разными. Как говорится, о вкусах не спорят, но душевная красота нравится всем. Бывает, встретится человек, черты лица неправильные, «не формат» -- а душа светится. И вот уже все неправильности, все возрастные потери не видны, за этим внутренним светом. Вспоминается, как приехали мы с прихожанами в женский монастырь. Конец дня, все устали, есть хотят, внимание рассеяно. Мало что запомнилось, а вот матушки запомнились, всем показались очень красивыми. У одной монахини болел зуб, и щеку сильно раздуло, однако и она гляделась красавицей.

«Это предрассудок, что красота всегда предстает раскрытой, положительной и совершенной. Напротив – она приходит и исчезает, созревает и искажается; самая раскрасавица мгновениями бывает уродливой. Предрассудок и то, что определение красоты можно свести к правильности черт, форм и красок: напротив – все оживляет именно душа; все решает именно живое выражение; именно внутренняя красота делает внешнюю гармоничность истинной красотой! И эта внутренняя красота имеет тайную власть, которая превращает неправильные черты в пленительные, да, пленительно красивые, изменяет и освещает их.

Каждый человек получает свое лицо и свое тело не как нечто окончательное, раз навсегда завершенное, а скорее, как исходную точку, предварительно данный материал, пластическая обработка и формирование которого предоставляется, доверяется, поручается его душе». (И. Ильин) Душе, а не пластическому хирургу или визажисту. Заметим, как изменяет, облагораживает внешний облик человека деятельное добро, интеллект, чистая совесть. Одна известная актриса в ответ на восторженную похвалу ее внешности сказала, что в этом заслуга ее родителей, а так же более дальних предков, которые были очень набожными и благочестивыми людьми. Но если добродетель «рождает» красоту, то грех, напротив -- обезображивает человека. О Каине, позавидовавшем брату своему Авелю, сказано: « и поникло лице его»( Быт.4,5). Именно на лице отразились его сердечная злоба и зависть.

Нелепо думать, что телесная красота всегда привлекательна. «Вглядись в тупую красавицу, всмотрись глубоко в каждую черту лица, в улыбку ее, взгляд – красота ее превратится мало-помалу в поразительное безобразие» (И.Гончаров). Здесь тупость синоним скорее не глупости, а бездуховности. Недоброе сердце так же отразится во внешности. «Злость жены изменяет взгляд ее и делает лице ее мрачным, как у медведя» (Сир.25,19). Как говорит народный опыт: «Что в сердце варится, на лице не утаится».

Косметические технологии позволяют сегодня состоятельным людям блистать «красотой» до самого преклонного возраста. Жаль, что при «консервации» молодости, люди часто забывают свой реальный возраст, и продолжают жить «юными чувствами», не позволяя и душе созреть для Вечности. Как мать Гамлета, они не дают себе отчета, что «то не любовь, затем, что в ваши годы разгул в крови утих, он присмирел и связан разумом…». Против привычного в современном мире явления, можно привести одно церковное правило: «Вдова шестидесятилетняя, аще паки восхощет сожительствовати мужу, да не удостоится приобщения святыни, доколе не престанет от страстныя нечистоты» (правило 24 Василия Великого). В переводе – не допускать к причастию шестидесятилетнюю новобрачную, пока не оставит страстныя нечистоты. Не уверен, что возможно применить это правило сегодня, но знать его – полезно, хотя бы для ориентира.

Никакие внешние «поправки» не могут скрыть внутренней разрухи и душевного уродства. Все упущенное внутри без труда будет читаться на лице, пусть даже его «отформатирует» самый лучший специалист. Это будет лицо с правильными чертами, но не красивое. «В красоте не может быть нравственного уродства, свойственного злу». Хрустальная туфелька, надетая волшебными руками Золушки, непременно слетит с ноги злой сестрицы. Только изнутри можно осветить лицо, сделать его красивым. Живя в теле человек сам творит его; все, что он переживает в душе, неизбежно запечатлевается в его теле и чертах лица. Внутренняя красота освещает и облагораживает самые неудачные черты так, что они становятся незаметными. Внутренняя гармония, доброта, молитва, любящее сердце, достоинство, чистота мысли, приветливый нрав – все это лучится из глаз, одушевляет лицо и управляет движениями. Кто при этом увидит математически неправильные черты и недостатки внешности? Тогда дух властвует над телом; тогда прекрасная душа говорит из внешне несовершенного тела – делая даже некрасивое красивым. «Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк.17,21). Если есть в сердце Царствие Божие, то оно непременно осветит и внешние черты человека.

 

Об участии верных в Евхаристии

E-mail Печать PDF

Евхаристия — главное Таинство Церкви, установленное Господом Иисусом Христом накануне Его спасительных страданий, крестной смерти и воскресения. Участие в Евхаристии и причащение Телу и Крови Христовым является заповедью Спасителя, через Своих учеников сказавшего всем христианам: «Приимите, ядите: сие есть Тело Мое» и «пейте из нее все, ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета» (Мф. 26, 26-28). Сама Церковь есть Тело Христово, а потому Таинство Тела и Крови Христа видимым образом являет мистическую природу Церкви, созидая церковную общину.

Духовная жизнь православного христианина немыслима без причащения Святых Таин. Приобщаясь Святых Даров, верующие освящаются силой Святого Духа и соединяются со Христом Спасителем и друг с другом, составляя единое Тело Христово.

Таинство Евхаристии требует особого к нему приготовления. В Церкви само время — будь то время человеческой жизни или история всего человечества — есть ожидание и приготовление для встречи со Христом, а весь ритм богослужебной жизни — ожидание и приготовление к Божественной литургии и соответственно к причащению, ради которого она и совершается.

I.

Практика причащения и подготовки к нему в истории Церкви менялась и приобретала различные формы.

Уже в апостольскую эпоху в Церкви установилась традиция совершать Евхаристию каждое воскресенье (а по возможности — и чаще: например, в дни памяти мучеников), чтобы христиане могли постоянно пребывать в общении со Христом и друг с другом (см., напр., 1 Кор. 10, 16–17; Деян. 2, 46; Деян. 20, 7). Все члены местной общины участвовали в еженедельной Евхаристии и причащались, а отказ от участия в евхаристическом общении без достаточных к тому оснований подвергался порицанию: «Всех верных, входящих в церковь, и писания слушающих, но не пребывающих на молитве и святом причащении до конца, яко бесчиние в церкви производящих, отлучати подобает от общения церковного» (правило святых Апостол 9). Первохристианская практика причащения за каждой Божественной литургией остается идеалом и в настоящее время, являясь частью Предания Церкви.

Вместе с тем, количественный рост Церкви в III и особенно IV веках привел к переменам, в том числе в литургической жизни. С увеличением числа дней памяти мучеников и праздников евхаристические собрания начали совершаться все чаще, а присутствие на них каждого христианина стало считаться многими желательным, но необязательным — равно как и участие в причащении. Церковь противопоставила этому следующую каноническую норму: «Все входящие в церковь, и слушающие священные Писания, но, по некоему уклонению от порядка, не участвующие в молитве с народом, или отвращающиеся от причащения святыя Евхаристии, да будут отлучены от Церкви дотоле, как исповедаются, окажут плоды покаяния, и будут просити прощения, и таким образом возмогут получити оное» (2-е правило Антиохийского Собора).

Тем не менее, высокий идеал постоянной готовности к принятию Святых Таин оказался труднодостижим для многих христиан. Поэтому уже в творениях Святых Отцов IV века встречаются свидетельства о сосуществовании разных практик в отношении регулярности причащения. Так, святитель Василий Великий говорит о причащении четыре раза в неделю как о норме: «Причащаться же каждый день и приобщаться Святого Тела и Крови Христовой — хорошо и полезно, поскольку Сам [Христос] ясно говорит: Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь, имеет жизнь вечную. <...> Мы каждую неделю причащаемся четыре раза: в воскресенье, в среду, в пятницу и в субботу, а также и в прочие дни, если случится память какого-либо святого» (Послание 93 [89]). Менее полувека спустя святитель Иоанн Златоуст отмечает, что многие — в том числе монашествующие — стали причащаться один-два раза в году: «Многие причащаются этой Жертвы однажды во весь год, другие дважды, а иные — несколько раз. Слова наши относятся ко всем, не только к присутствующим здесь, но и к находящимся в пустыне, — потому что те [тоже] причащаются однажды в год, а нередко — и раз в два года. Что же? Кого нам одобрить? Тех ли, которые [причащаются] однажды [в год], или тех, которые часто, или тех, которые редко? Ни тех, ни других, ни третьих, но причащающихся с чистой совестью, с чистым сердцем, с безукоризненной жизнью. Такие пусть всегда приступают; а не такие [не должны причащаться] и один раз [в году]» (Беседы на Послание к Евреям 17, 4).

В IV веке была окончательно зафиксирована сложившаяся еще в доникейскую эпоху норма об обязательном евхаристическом посте — полном воздержании от пищи и питья в день причащения до момента принятия Святых Таин Христовых: «Святое таинство олтаря да совершается людьми не ядшими» (41-е [50-е] правило Карфагенского Собора; подтверждено 29-м правилом Трулльского Собора). Однако уже на рубеже IV–V веков некоторые христиане связывали причащение не только с соблюдением евхаристического воздержания перед литургией, но и, по свидетельству святителя Иоанна Златоуста, со временем Великого поста. Сам святитель призывает к более частому причащению: «Прошу, скажи мне: приступая к причащению раз в году, ты действительно считаешь, что сорока дней тебе достаточно для очищения грехов за весь [этот] период? А потом, по прошествии недели, опять предаешься прежнему? Скажи же мне: если бы ты, выздоравливая в течение сорока дней от продолжительной болезни, потом опять принялся за ту же пищу, которая причинила болезнь, то не потерял ли бы ты и предшествовавшего труда? Очевидно, что так. Если же так устроено физическое [здоровье], то тем более — нравственное. <…> [Всего] сорок — а часто и не сорок — дней ты посвящаешь здоровью души — и полагаешь, что умилостивил Бога? <...> Говорю это не с тем, чтобы запретить вам приступать однажды в год, но более желая, чтобы вы всегда приступали к Cвятым Таинам» (Беседы на Послание к Евреям 17. 4).

В Византии к XI–XII векам в монашеской среде установилась традиция причащаться только после подготовки, включавшей в себя пост, испытание своей совести перед монастырским духовником, прочтение перед причащением особого молитвенного правила, которое зарождается и начинает развиваться именно в эту эпоху. На эту же традицию стали ориентироваться и благочестивые миряне, поскольку монашеская духовность в Православии всегда воспринималась как идеал. В наиболее строгом виде эта традиция представлена, например, в указании русского Типикона (глава 32), который, в отличие от греческого, говорит об обязательном семидневном посте перед причащением.

В 1699 году в состав русского Служебника была включена статья под названием «Учительное известие». В ней, в частности, содержится указание и об обязательном сроке подготовки ко святому причащению — в четыре многодневных поста причащаться могут все желающие, а вне постов следует поститься семь дней, но этот срок может быть сокращен: «Аще убо кроме постов четырех обычных приступити ко святому причащению восхотят, седмь дний прежде да постятся, в молитвах церковных и домашних пребывающе (сие же не в нужде: в нужде бо три дни, или един день да постятся точию)».

На практике крайне строгий подход к подготовке ко святому причащению, имевший положительные духовные стороны, приводил, однако, и к тому что некоторые христиане подолгу не причащались, ссылаясь на необходимость достойной подготовки. Против такой практики редкого причащения была, в частности, направлена норма об обязательном причащении всех христиан Российской империи хотя бы раз в году, содержащаяся в «Духовном регламенте»1: «Должен всяк христианин и часто, а хотя бы единожды в год причащатися Святой Евхаристии. Сие бо есть и благодарение наше изящнейшее Богу о толиком смертию Спасителевою содеянном нам спасении... Того ради, аще который христианин покажется, что он весьма от святаго причастия удаляется, тем самым являет себе, что не есть в Теле Христове, сиесть, не есть сообщник Церкви».

В XIX — начале XX века благочестивые люди стремились причащаться хотя бы во все четыре многодневных поста. Многие святые того времени, среди которых — святитель Феофан Затворник, праведный Иоанн Кронштадтский и другие — призывали приступать к Святым Таинам еще чаще. По словам святителя Феофана, «мера [причащаться] в месяц однажды или два раза — самая мерная», хотя «ничего нельзя сказать неодобрительного» и о более частом причащении2. Каждый верующий может руководствоваться такими словами этого святого: «Святых Таин причащайтесь почаще, как духовный отец разрешит, только старайтесь всегда приступать и с должным приготовлением и паче — со страхом и трепетом, чтоб, привыкнув, не стать приступать равнодушно» 3.

Исповеднический подвиг Церкви в годы гонений ХХ века побудил многих священнослужителей и чад церковных переосмыслить существовавшую ранее практику редкого причащения. В частности, в 1931 году Временный Патриарший Синод в своем постановлении от 13 мая указал: «Пожелание касательно возможного частого причащения православных христиан, а для преуспевающих из них — и ежевоскресного признать приемлемым».

В настоящее время многие православные люди причащаются значительно чаще, чем большинство христиан в дореволюционной России. Однако практика частого причащения не может быть автоматически распространена на всех без исключения верующих, поскольку частота причащения напрямую зависит от духовно-нравственного состояния человека дабы, по слову Златоуста, верующие приступали ко причащению Святых Таин «с чистою совестью, насколько нам это возможно» (Против иудеев. Слово III. 4).

II.

Требования подготовки ко святому причащению определяются для каждого верующего церковными постановлениями и нормами, которые применяются духовником с учетом регулярности приобщения Святых Таин, духовного, нравственного и телесного состояния, внешних обстоятельств жизни, например, таких как занятость, обремененность попечениями о ближних.

Духовным отцом (духовником) человека является священнослужитель, у которого он постоянно исповедуется, который знаком с обстоятельствами его жизни и духовным состоянием. При этом верующие могут исповедоваться у иных священников в случае невозможности исповедоваться у своего духовника. Если нет духовника, то верующему следует обращаться с вопросами, касающимися причащения, к священникам того храма, где он желает причаститься.

Как духовнику, руководствующемуся церковными постановлениями и нормами и на основании их наставляющему христианина, так и причастнику необходимо сознавать, что целью подготовки является не внешнее выполнение формальных условий, но обретение покаянного состояния души, прощение обид и примирение с ближними, соединение со Христом в Святых Таинах. Пост и молитва призваны помочь готовящемуся ко причащению в обретении этого внутреннего состояния.

Памятуя о словах Спасителя, обличающего тех, кто возлагает на людей бремена тяжелые и неудобоносимые (см. Мф. 23, 4), духовникам следует осознавать, что неоправданная строгость, равно как и чрезмерное снисхождение способны воспрепятствовать соединению человека со Христом Спасителем, принести ему духовный вред.

Подготовка монашествующих к участию в Таинстве Евхаристии осуществляется в соответствии с Положением о монастырях и монашестве и внутренними уставами монастырей.

1. Практика приуготовительного поста регулируется аскетической традицией Церкви. Пост в форме воздержания от скоромной пищи и удаления от развлечений, сопровождаемый усердной молитвой и покаянием, традиционно предваряет причащение Святых Таин. Продолжительность и мера поста перед святым причащением могут быть разными в зависимости от внутреннего состояния христианина, а также объективных условий его жизни. В частности, при острых или хронических заболеваниях, требующих особого режима питания, а для женщин — при беременности и кормлении пост может быть сокращен, облегчен или отменен. Это же касается и христиан, на временной или постоянной основе пребывающих в условиях светского общежития, предполагающего общее питание (войсковые подразделения, больницы, интернаты, спецшколы, места заключения).

Сложившаяся в наши дни практика, согласно которой причащающийся несколько раз в году постится три дня перед причащением, вполне соответствует преданию Церкви. Также приемлемой следует признать практику, когда причащающийся еженедельно или несколько раз в месяц, и при этом соблюдающий указанные Уставом многодневные и однодневные посты, приступает к Святой Чаше без дополнительного поста, либо сохраняя однодневный пост или пост в вечер кануна причащения. Решение по этому вопросу должно приниматься с благословения духовника. Требования подготовки ко святому причащению, адресованные к часто причащающимся мирянам, относятся и к священнослужителям.

Особый случай в отношении практики подготовки ко святому причащению составляет Светлая седмица — неделя после праздника Пасхи Христовой. Древняя каноническая норма об обязательном участии всех верных в воскресной Евхаристии в VII веке была распространена и на Божественные литургии всех дней Светлой седмицы: «От святаго дня Воскресения Христа Бога нашего до Недели Новыя, во всю седмицу верные должны во святых церквах непрестанно упражняться во псалмех и пениях и песнех духовных, радуяся и торжествуя во Христе, и чтению Божественных Писаний внимая, и Святыми Таинами наслаждаяся. Ибо таким образом со Христом купно воскреснем, и вознесемся» (66-е правило Трулльского Собора). Из этого правила ясно следует, что миряне призываются причащаться на литургиях Светлой седмицы. Имея в виду, что на Светлой седмице Устав не предусматривает поста и что Светлой седмице предшествуют семь недель подвига Великого поста и Страстной седмицы, — следует признать соответствующей каноническому преданию сложившуюся во многих приходах Русской Православной Церкви практику, когда соблюдавшие Великий пост христиане в период Светлой седмицы приступают ко святому причащению, ограничивая пост невкушением пищи после полуночи. Аналогичная практика может быть распространена на период между Рождеством и Богоявлением. Готовящимся ко причащению в эти дни следует с особым вниманием блюсти себя от неумеренного потребления пищи и пития.

2. От приуготовительного поста следует отличать евхаристический пост в строгом смысле слова — полное воздержание от пищи и питья с полуночи до святого причащения. Этот пост канонически обязателен (см. выше 41-е [50-е] правило Карфагенского Собора). При этом требование евхаристического поста не применяется к младенцам, а также к лицам, страдающим тяжелыми острыми или хроническими заболеваниями, предполагающими неопустительный прием лекарств или пищи (как, например, при сахарном диабете), и к умирающим. Кроме того, это требование, по усмотрению духовника, может быть ослаблено в отношении беременных и кормящих женщин.

Каноническое право предписывает воздерживаться в период подготовки ко святому причащению от супружеского общения. 5 правило Тимофея Александрийского говорит о воздержании накануне причастия.

Христиан, подверженных вредной привычке табакокурения, Церковь призывает отказаться от нее. Тем, кто не имеет пока для этого сил, надлежит воздерживаться от курения с полуночи, а по возможности — и с вечера в канун причащения.

Поскольку Литургия Преждеосвященных Даров согласно Уставу соединена с вечерней, совершение ее в вечернее время является уставной нормой (впрочем, на практике эта литургия обычно совершается утром). В соответствии с постановлением Священного Синода Русской Православной Церкви от 28 ноября 1968 года, «при совершении Божественной литургии Преждеосвященных Даров в вечерние часы воздержание для причащающихся от принятия пищи и пития должно быть не менее 6 часов, однако воздержание перед причащением с полуночи от начала данных суток весьма похвально и его могут держаться имеющие физическую крепость».

На не менее чем шестичасовую норму воздержания следует также ориентироваться при подготовке к причащению за Божественной литургией, совершаемой ночью (к примеру, в праздники Святой Пасхи и Рождества Христова).

3. Подготовка к причащению состоит не только в отказе от определенной пищи, но и в более частом посещении церковных богослужений, а также в совершении молитвенного правила.

Неизменной частью молитвенной подготовки является Последование ко святому причащению, состоящее из соответствующего канона и молитв. Молитвенное правило обычно включает в себя каноны Спасителю, Божией Матери, Ангелу Хранителю и другие молитвословия (см. «Правило готовящимся служити, и хотящим причаститися Святых Божественных Таинств, Тела и Крове Господа нашего Иисуса Христа» в Следованной Псалтири). Во время Светлой седмицы молитвенное правило состоит из Пасхального канона, а также канона и молитв ко святому причащению. Личное молитвенное правило должно совершаться вне богослужений, которые всегда предполагают соборную молитву. Особенное пастырское внимание требуется в отношении людей, духовный путь которых в Церкви лишь начинается и которые еще не привыкли к длительным молитвенным правилам, а также детей и больных. Следованная Псалтирь предполагает возможность замены канонов и акафистов Иисусовой молитвой и поклонами. В духе этого указания по благословению духовника упомянутое правило может быть заменено иными молитвословиями.

Поскольку литургия есть вершина всего богослужебного круга, присутствие на предваряющих ее службах — в первую очередь, вечерне и утрене (или всенощном бдении) — является важной частью подготовки к принятию Святых Тела и Крови Христовых.

Духовник или исповедующий священник в случае, когда человек отсутствовал на вечерней службе накануне причащения или совершил молитвенное правило не в полном объеме, должен побуждать его к тщательной подготовке ко причащению, но одновременно принимать во внимание обстоятельства его жизни и возможное наличие уважительных причин.

Приуготовляя себя к принятию Святых Христовых Таин за Божественной литургией чада Церкви должны собираться в храме к началу богослужения. Пренебрежением к Таинству Тела и Крови Христовых является опоздание на Божественную литургию, особенно когда верующие прибывают в храм после чтения апостола и Евангелия. В случае такого опоздания исповедающий или причащающий священник может принять решение не допустить человека к Святой Чаше. Исключение должно быть сделано для людей с ограниченными физическими возможностями, кормящих матерей, детей в младенческом возрасте и сопровождающих их взрослых.

По окончании Божественной литургии христианин должен выслушать в храме или прочесть благодарственные молитвы по святом причащении. Христианину следует всемерно стремиться к тому, чтобы, возблагодарив Господа в молитве за принятый дар, сохранять его в мире и благочестии, любви к Богу и ближнему.

Учитывая неразрывную связь причащения с Божественной литургией, духовенство не должно допускать практику, когда в отдельных храмах верным возбраняется приступать ко святому причащению в праздники Святой Пасхи, Рождества Христова, Богоявления, в родительские субботы и Радоницу.

III.

Готовящийся ко святому причащению совершает испытание своей совести, предполагающее искреннее раскаяние в совершенных грехах и открытие их перед священником в Таинстве Покаяния. В условиях, когда многие приходящие в храмы еще недостаточно укоренены в церковной жизни, в связи с чем подчас не понимают значения Таинства Евхаристии или не осознают нравственных и канонических последствий своих греховных деяний, исповедь позволяет исповедующему священнику судить о возможности допустить кающегося к принятию Святых Христовых Таин.

В отдельных случаях в соответствии с практикой, сложившейся во многих приходах, духовник может благословить мирянина приобщиться Тела и Крови Христовых несколько раз в течение одной недели (например, на Страстной и Светлой седмицах) без предварительной исповеди перед каждым причащением кроме ситуаций, когда желающий причаститься испытывает потребность в исповеди. При преподании соответствующего благословения духовникам следует особо помнить о высокой ответственности за души пасомых, возложенной на них в Таинстве Священства.

В некоторых приходах имеет место длительное ожидание начала причащения мирян. Это происходит из-за долгого причащения духовенства при совершении соборных богослужений или совершения исповеди после запричастного стиха. Такое положение дел следует признать нежелательным. Таинство покаяния должно совершаться по возможности вне Божественной литургии, дабы не лишать исповедающего и исповедающегося полноценного участия в совместной Евхаристической молитве. Недопустимо совершение исповеди помогающим за литургией священником во время чтения Евангелия и евхаристического канона. Исповедь желательно проводить преимущественно с вечера или до начала Божественной литургии. Кроме того, важным является установление на приходах фиксированных дней и часов, когда священник в обязательном порядке присутствует для встречи с желающими общения с пастырем.

IV.

Недопустимо причащаться в состоянии озлобленности, гнева, при наличии тяжелых неисповеданных грехов или непрощенных обид. Дерзающие приступать к Евхаристическим Дарам в таком состоянии души сами подвергают себя суду Божию, по слову апостола: «Кто ест и пьет недостойно, тот ест и пьет осуждение себе, не рассуждая о Теле Господнем. Оттого многие из вас немощны и немало умирает» (1 Кор. 11, 29-30).

При совершении тяжелых грехов применение канонов в части отлучения от причастия на длительные сроки (более чем на один год) может осуществляться только по благословению епархиального архиерея. В случае злоупотребления священником правом наложения прещений вопрос может быть передан на рассмотрение в церковный суд.

Каноны запрещают причащаться в состоянии женской нечистоты (2-е правило святого Дионисия Александрийского, 7-е правило Тимофея Александрийского). Исключение может быть сделано в случае смертной опасности, а также когда кровотечение продолжается длительное время в связи с хроническим или острым заболеванием.

V.

Как отмечено в Основах социальной концепции Русской Православной Церкви (Х. 2) и в определении Священного Синода Русской Православной Церкви от 28 декабря 1998 года, Церковь, настаивая на необходимости церковного брака, все же не лишает причащения Святых Таин супругов, состоящих в брачном союзе, который заключен с принятием на себя всех законных прав и обязанностей и признается в качестве юридически полноценного брака, но по каким-то причинам не освящен венчанием. Эта мера церковной икономии, опирающаяся на слова святого апостола Павла (1 Кор. 7, 14) и правило 72 Трулльского Собора, имеет в виду облегчение возможности участия в церковной жизни для тех православных христиан, которые вступили в брак до начала своего сознательного участия в таинствах Церкви. В отличие от блудного сожительства, являющегося каноническим препятствием ко причащению, такой союз в глазах Церкви представляет собой законный брак (за исключением тех случаев, когда законодательно допустимые «браки» — например, союз между близкими родственниками или однополое сожительство,
которые признаны в ряде стран, — с точки зрения Церкви недопустимы в принципе). Однако долг пастырей — напоминать верующим о необходимости не только заключения юридически действительного брака, но и освящения такового в церковном священнодействии.

Отдельному рассмотрению подлежат те случаи, когда лица проживают совместно длительное время, нередко имеют общих детей, но не состоят в церковном или зарегистрированном государством браке, причем одна из сторон такого сожительства не желает ни регистрировать отношения, ни венчаться. Такие сожительства греховны, а их распространение в мире является противлением замыслу Божию о человеке, опасно для института брака и не может получить никакого признания со стороны Церкви. При этом духовник, зная обстоятельства жизни конкретного человека, по снисхождению к немощи человеческой в исключительных случаях может допустить до причастия ту сторону, которая осознает греховность такого сожительства и стремится заключить законный брак. Не допускается до причастия тот сожитель, по вине которого не заключается брак. Если же хотя бы один из сожителей состоит в другом браке, то обе стороны не могут быть допущены до причастия без канонического урегулирования ситуации и принесения должного покаяния.

VI.

Подготовка детей ко святому причащению имеет свои особенности. Ее продолжительность и содержание определяются родителями4 в консультации с духовником и должны учитывать возраст, состояние здоровья и степень воцерковленности ребенка.

Родителям, регулярно приводящим к Святой Чаше своих детей, что является благом, необходимо стремиться к причащению вместе с ними (при невозможности одновременно причащаться обоим родителям — поочередно). Практика, когда родители причащают детей, а сами редко приступают ко святому причащению, препятствует укреплению в сознании детей необходимости участия в Евхаристической трапезе.

Первая исповедь перед причащением, согласно 18-му правилу Тимофея Александрийского, совершается по достижении возраста десяти лет, но в традиции Русской Православной Церкви первая исповедь происходит, как правило, в возрасте семи лет. При этом возраст совершения первой исповеди, а также частота совершения исповеди для ребенка в возрасте от 7 до 10 лет при ежевоскресном причащении должны определяться совместно духовником и родителями, с учетом индивидуальных особенностей в развитии ребенка и его понимания церковной жизни.

Для детей до трех лет евхаристический пост не является обязательным. По традиции, с трехлетнего возраста детей в православных семьях постепенно приучают к воздержанию от пищи и питья перед причащением Святых Таин. К семилетнему возрасту ребенок должен твердо привыкнуть причащаться натощак. С этого же времени следует учить ребенка прочитывать молитвословия ко святому причащению, содержание и объем которых определяются родителями в соответствии с возрастом, духовным и интеллектуальным развитием ребенка.

Восприемники должны принимать всемерное участие в воспитании детей в благочестии, в том числе побуждая их регулярно причащаться Святых Христовых Таин и помогая родителям приводить их ко Святой Чаше.

* * *

Евхаристия — центральное Таинство Церкви. Регулярное причащение необходимо человеку для спасения, в соответствии со словами Господа Иисуса Христа: «Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день» (Ин. 6, 53-54).

1 Регламент или Устав духовной коллегии издан императором Петром I в 1721 году.

2 Святитель Феофан Затворник. Письма. V, 757.

3 Святитель Феофан Затворник. Письма. IV, 693.

 

4 Здесь и далее: при отсутствии родителей или в случае лишения их прав соответствующие обязанности возлагаются на близких родственников, попечителей или опекунов.

Источник: http://www.patriarchia.ru/db/text/3981166.html

 

С благодарностью, осознанием и с просьбой.

E-mail Печать PDF

Мы опять стоим на пороге Нового года. Цикличность времени не зависит от нас. Как Божья данность она принадлежит всему здешнему миру и всему человечеству. Годовой круг мистичен во всех религиях. Люди всегда видели в нем проявление высших сил. Календари, то есть деление на периоды годового круга, могли быть различными у разных народов, но в них обязательно существовала эта таинственная точка – день (или ночь) перехода из одного года в другой, который очень почитался.

В Древней Руси новый год начинался первого марта, что совпадало с началом сельскохозяйственных работ. По отечественному обычаю, началу всякой деятельности всегда предшествовало молебное обращение к Богу с просьбой о содействии. Так и Новый год начинался с благодарения за милости прошедшего времени и прошений с надеждой новых благодеяний. В 1492 году Великий Князь Иоанн 3 Васильевич утвердил постановление Московского собора считать за начало как церковного, так и гражданского года 1 сентября, то есть окончание полевых работ, когда было положено платить дань, различные пошлины и оброки. Не самое приятное дело уплаты налогов и оброков скрашивала царская милость. Накануне сам царь являлся в Кремль, где каждый, будь то простолюдин или знатный человек, мог подойти к нему и без посредников просить правды и милости.

Церемония празднования церковного новолетия была заимствована из Византии, где ее установил Константин Великий. Вот как описывает один иностранец, виденный им в России в 1636 году праздник: « На дворцовом дворе собралось более 20 тысяч человек старых и малых. Из церкви, стоящей с правой стороны у входа на площадь (Успенский собор), вышел патриарх со своим духовенством из 400 священников; все в церковном облачении … Его Царское Величество, со своими государственными сановниками, боярами и князьями, шел с левой стороны площади. Великий Князь с непокрытою головою и патриарх в епископской митре вышли одни из хода, подошли друг к другу и поцеловались в уста. Патриарх подал также Великому Князю поцеловать крест… Затем в длинной речи он произнес благословение Его Царскому Величеству и всему народу и пожелал всем счастья на Новый год. Патриарх говорил так: «Дай, Господи! Вы, Царь, Государь и Великий Князь, всея России Самодержец, здоров был со своею Государынею Царицею и Великою Княгинею, а нашею Государынею, и со своими государевыми благородными чады, с царевичи и царевны, и со своими государевыми богомольцы, с преосвященными митрополиты, и со архиепископы, и со епископы, и с архимандриты, и с игумны, и со всем освященным собором, и с бояры, и с христолюбивым воинством, и с доброхоты, и со всеми православными христианы, здравствуй, Царь Государь, нынешний год и впредь идущие многие лета в год и во веки». Народ в подтверждение патриарших пожеланий громко кричал: «Аминь!». Сирые, убогие, беззащитные и гонимые находились тут же в толпе с поднятыми вверх прошениями, которые они с плачем и рыданиями повергали к стопам Великого Князя, прося у него милости и заступы. Прошения эти относились в царские покои». Празднование Нового года непременно сопровождалось делами милосердия и справедливости.

В царствование Петра Первого привычное для России летоисчисление от сотворения мира было заменено на принятое в Европе летоисчисление от Рождества Христова. Таким образом, Новый год получил новую «прописку» и стал праздноваться на восьмой день Рождества, то есть -- первого января (по старому стилю). Ведь именно на восьмой день, по еврейскому закону младенец «рождался» юридически, то есть, его имя вносилось в списки израильского народа. На восьмой день естественного Рождества от Девы Марии Спаситель был внесен в книгу записей и родился, как гражданин. Внешнюю атрибутику праздника Петр Первый перенял из Европы. Первого января 1700 года, по указу царя, дома и ворота жителей должны были быть украшены хвойными деревьями, а тем, у кого имелось оружие, предписано было выражать свою радость, по случаю наступления нового столетия и Нового года, троекратной пальбой. Приказано было пускать световые ракеты, и повсюду, во дворах и на улицах, хоть вскладчину, жечь огни. В храмах, кроме обычной службы служились новогодние молебны. Тогда календарный (или гражданский) Новый год попадал на Святки, и такое веселье было вполне кстати. Перемена календаря не коснулась церковного годового круга, он, как и прежде, начинался, по византийской традиции, – 1 сентября.

В 1918 году церковный и гражданский календари совсем разделились. Товарищи большевики, чтобы еще более отмежеваться от прошлого России, перешли на европейский григорианский календарь, опережающий прежний на 13 дней, церковный же календарь остался, как и был -- юлианским. Таким образом, Новый год теперь начинался до Рождества Христова и попадал на Рождественский пост. Впрочем, Новый год, как общегражданский праздник некоторое время вообще не отмечали, даже новогодняя атрибутика вроде елок и фейерверков была под запретом, так как в сознании людей он всегда был связан с Рождеством Христовым, а товарищи безбожники всячески боролись с Христом и с Его Церковью.

Уже давно в нашей стране Новый год вписан в гражданские праздники. Ему не только вернули елки и салюты, но даже добавили непременное оливье и поздравление главы государства. Новый год наши соотечественники встретят по-разному. Кто-то в семейном кругу, за обильной трапезой дополненной новогодними телепрограммами. Кто-то «средь шумного бала», кого-то благодарное сердце приведет к старикам-родителям. Будут и такие, кто не станет ждать боя курантов с бокалом шампанского, а заснет сладким сном, чтобы в первое утро Нового года проснуться со свежими новыми мыслями, идеями и планами. Это праздник (или просто выходной) для всех граждан. И сегодня он, на первый взгляд, не связан с религией. Однако, духовная составляющая у него есть и сегодня. Новый год это категория времени, а время, и все, что с ним приходит -- от Господа. Поэтому в православных храмах, как и прежде, в преддверии Нового года служат молебен. Причем в наши дни его служат дважды: 31 декабря и 14 января, то есть в Новый год по новому стилю и в Новый год по старому стилю. Заметим, что сегодня все больше людей стали отмечать и знаменитый «Старый Новый год» -- явление непонятное иностранцам.

Молебное пение на Новый год когда-то включало в себя молитву о царе «Еще молимся о благочестивейшем, самодержавнейшем, Великом Государе нашем Императоре… о державе …, здравии, спасении его».. В наши дни императора не поминают, а в остальном тексты остались прежними. «Со страхом и трепетом» благодарим Господа за его благодеяния, которые Он обильно излил на нас в прошедшем. Просим благословить «венец наступаемого лета (года) благостию Своею, и утолити в нас все вражды, нестроения, и междуусобныя брани» подать нам мир, твердую и нелицемерную любовь, благочинное строение и добродетельное житие. Молитвенно просим не поминать бесчисленные наши беззакония и лукавые наши деяния, бывшие в уходящем году, а еще: воздавать нам не по делам нашим, но «в милости и щедротах помянути нас». Вполне актуальные просьбы. Думается, к таким новогодним пожеланиям могли бы присоединиться даже нецерковные граждане.

И далее всем понятные просьбы: «подати дожди благовременны, ранны же и поздны, росу плодоносну, ветры мерны и благорастворенны, и теплоту солнечную возсияти…». А еще – укрепить и утвердить Святую Церковь. Соблюсти ее во веки необориму от всех наветов людских и демонских. Просим «избавитися нам в сие грядущее лето (год), и во вся дни живота (жизни) нашего от глада, губительства, труса (землетрясения), потопа, града, огня, меча, нашествия иноплеменных и междоусобныя рати». И последнее прошение: «И славимому Богу всегда благодарение приносити, и Пресвятое имя Твое воспевати да сподобиши».

«Нет на земле ничтожного мнгновенья» (Баратынский). Всякое мгновение непременно включено в Промысел Божий. И Новый год тоже. Как год и как праздник, как новый отсчет времени… Все это требует от нас осознания. Как писал И. Ильин, «все в жизни «говорит», «зовет», «учит»; все подает знак, все знаменует…». Под каким знаком, под каким знаменем встретим мы Новый год? Желаю всем нам встретить его, в согласии со словами новогоднего молебна, под знаком благодарности Богу, с надеждой на Его прощение осознанных нами грехов и на щедрое благодатное участие Господа в нашей жизни. С Новым годом!

20.12.2015 Протоиерей Сергий Николаев для газеты «П-Посадские известия».

 


Страница 1 из 3